БИБЛИОТЕЧНЫЙ ЦЕНТР
 


Домой | Мостик | Лаборатория | Библиотека | РЭК-1 | Связь | Форум
Всеобщее пространство | Транспортатор | Бортовой журнал | Инженерная палуба

 

Я - Спок

 

Автор: Леонард Нимой   

  [Глава-1] [Глава 2] [Глава 3] 
[Глава 4] [Глава 5] [Глава 6, стр -1]

 Перевод: Эри Варлок                           

 

Глава VI

Семья Стар Трек

Думаю, Боб был ближе всех к Джину. Мне, к сожалению, так и не удалось сблизиться с ним настолько, насколько мне бы хотелось. В двух словах – нам так и не удалось стать друзьями, потому что у нас было слишком разное чувство юмора.

Например, как-то раз был такой случай. Когда Стар Трек ещё только начинал свой путь, Джин и его жена Майджел очень увлекались драгоценными камнями; они покупали необработанные камни, шлифовали их и делали из них украшения. Однажды я захотел купить кольцо с драгоценным камнем для своей жены. Я выбрал прекрасный неограненный опал, а Майджел назвала мне его примерную стоимость и сказала: "Мы обработаем его для тебя. Приходи завтра после съемок и забирай".

В назначенное время я зашел в офис к Джину – прямо в костюме Спока – и застал его сидящим за столом и с хмурым видом разглядывающим лежащий перед ним опал. Он был уже огранен и сверкал так, что дух захватывало.

- Какое чудо! - воскликнул я и Джин всё так же хмуро уставился на меня.
- У нас возникла большая проблема, Леонард. Майджел основательно ошиблась, назвав тебе цену этого камня. Ошиблась в меньшую сторону и изрядно"
Застигнутый врасплох, я, заикаясь, пролепетал:
- Э-э…я даже не знаю, что сказать, Джин. Так сколько же стоит этот камень?
- Боюсь, раз в пять-шесть дороже, чем тебе сказала Майджел, - произнес он, буравя меня суровым взглядом.

Я просто онемел; совершенно сбитый с толку, я чувствовал себя круглым дураком и, покашливая и потирая руки, пытался потянуть время, а сам лихорадочно соображал, что же мне делать – то ли соглашаться на такую дикую цену, то ли поторговаться, то ли вообще плюнуть на всю эту затею. Майджел смотрела-смотрела, как я дергаюсь, и вдруг хлопнула рукой по столу и захохотала, а Джин перестал хмурить брови и широко ухмыльнулся. Тогда до меня дошло. Джин и Майджел решили, что они очень удачно разыграли меня, но, честно говоря, мне было совсем не смешно, даже отнюдь.

Это типичный пример юмора Джина – он обожал ставить людей в неловкое положение. Довольно мерзкую шуточку он сыграл с Джоном Д.Ф. Блэком, в его первый день на работе – Джон потом много кому об этом рассказывал. Если в двух словах, Джин подговорил одну молодую актрису, она пришла в офис Блэка и прикинулась впавшей в отчаяние старлеткой, готовой на всё, лишь бы получить работу в сериале Стар Трек – в доказательство своей готовности, она разделась прямо перед ошеломленным Блэком. И в этот самый момент Джин с кучей народу врывается к нему в офис и застает Джона с полуголой девицей. Ну не знаю, может, это вулканец говорит во мне, но я никогда не понимал, что смешного в том, чтобы поставить человека в дурацкое положение.

Несмотря на всё это, работа над сериалом связывала нас с Джином хорошими, даже сердечными – однако чисто профессиональными отношениями. Когда популярность Спока начала расти, думаю, Джин испытал нечто вроде боязни – боязни потерять контроль над тем, что было создано его фантазией. Однако со временем (об этом в следующих главах), наши отношения начали ухудшаться – в основном потому, что Джин всегда препятствовал моим начинаниям и держал меня в тисках, не давая свободы самовыражения. Я искренне хотел поладить с ним и угодить ему, но бывает так, что что бы ты ни сказал и не сделал, всё только усугубляет ситуацию и делает стену между тобой и человеком ещё более непреодолимой. Так было и в этом случае.

И особенно тяжело мне думать и вспоминать об этом теперь, когда Джина больше нет среди нас и я потерял последний шанс как-то наладить наши взаимоотношения. Я могу только почтить его память, рассказав здесь, в этой книге, что и по сей день я глубоко уважаю Джина и преклоняюсь перед его талантом, поразительной фантазией и острым умом; для меня было честью работать вместе с ним. Если я вносил какое-то предложение по сценарию, он всегда как бы развивал его, додумывал и делал ещё лучше. Если у меня возникали какие-то сомнения или проблемы по поводу хода сюжета или по какой-либо сцене, он всегда с пониманием относился к этому и разрешал эти проблемы быстро и корректно. Он всегда имел совершенно четкое представление о том, что есть Стар Трек и для чего он предназначен – включая наличие в экипаже "Энтерпрайза" инопланетянина – и он отстаивал свои позиции, несмотря ни на что. И я всегда буду благодарен ему за это.

Кстати – в создании сериала участвовал ещё один Джин, который, к несчастью, скончался прежде чем смог увидеть возрождение Трека в полнометражных фильмах. Я имею ввиду Джина Куна, который пришел к нам из сериала "Дикий, дикий Уэст" и был сценаристом в нашем шоу на протяжении первого и второго сезонов. Джин был одним из тех ярких талантов, которые и создавали Стар Трек; именно он придумал клингонов и Первую Директиву и это только малая часть его вклада в сериал.

Тем, кто плохо знал его, Кун казался человеком чувствительным и добродушным. Однако под этой внешней оболочкой скрывался парень типа Джимми Гарнея или Спенсера Трейси – такие люди в 1940году становились редакторами газетенок, в которых болтовне молодых репортеров было более чем вольготно. Когда я вспоминаю Джина Куна, он представляется мне всегда за пишущей машинкой. Если вы подходили и обращались к нему с каким-то вопросом, максимум на что можно было рассчитывать – это взгляд сквозь вас и неопределенное бормотание, а затем он снова принимался барабанить по клавишам. Поэтому, думаю, вы удивитесь, если я скажу, что как-то раз Джин Кун чуть не отстранил меня от съемок.
Да. Отстранил. Как говорится, выкинул со студии.

Временное отстранение от съемок – довольно частое явление в киноиндустрии. Как правило, актер может быть отстранен от съемок, если он или она отказывается играть так, как им велят – фактически, это только временная мера перед окончательным увольнением. К примеру, если актер нанимается на работу и вдруг в середине съемок заявляет: "Я не понимаю, как сыграть эту сцену" даже после того, как режиссер снова и снова объясняет ему её, актер просто-напросто хочет выманить у студии ещё больше денег. Или, к примеру, актер придирается к каждой сцене по пустякам, то есть явно видно, что он не хочет работать. Тогда режиссер, не имея другого выхода, вынужден отстранить его от съемок. Но это уже совсем крайний случай, это нужен серьёзный конфликт между всеми членами команды, с привлечением не только актера и продюсеров, но и агента актера, его адвоката и в конце концов (если снимается сериал), руководства студии. Обычно, если актер популярен, руководство придерживается такой позиции: "Только не позволяйте ему уйти – делайте что угодно, но чтобы проблема была решена". Поэтому всем на студии остается только стиснуть зубы и терпеть, когда актер заявляется на работу пьяным или под воздействием наркотиков.

Так что отстранение от съемок это довольно серьёзная мера воздействия. И Джин Кун применил её ко мне.

Сейчас всё это кажется таким далеким, что я не могу без улыбки думать об этом, но это прекрасно демонстрирует, насколько четкими были деловые принципы Джина – в этом плане не нашлось бы более неумолимого парня. Он сделал это не из вредности или по какой-то причине личного характера; так получилось просто потому что он и не подумал даже попытаться переговорить со мной, чтобы разрешить ситуацию. Во всяком случае, конфликт случился во время съемок очередного эпизода – я уже и забыл, какого. Это и не важно, достаточно сказать, что меня не устроил вариант сценария Джина – реплики Спока совершенно не соответствовали его характеру. Я устроил марш протеста к офису Куна и заявил:
- Джин, с этой сценой возникли проблемы. Я никак не могу играть так, как здесь написано.
Джин бросил на меня хмурый взгляд из-за машинки: 
- Что ты хочешь этим сказать? Ты не можешь играть или не хочешь?
Тут я сообразил, что неверно высказался, как будто я вообще не хочу играть – и я осторожно ответил: 
- Нет, я не имел ввиду, что я не хочу играть, я сказал, что не могу играть так. Это совершенно не вяжется с образом Спока. Он не может поступить так, как описано в этой сцене.
Джин секунду удивленно смотрел на меня, затем хмыкнул и перенес своё внимание на клавиши пишущей машинки.

Это была типичная манера Джина Куна давать понять, что разговор окончен, так что я вышел из его офиса, так и не поняв, означает ли это хмыканье, что он принял мои слова к сведению или же нет.

Сцену эту надо было снимать через пару дней и я совсем забыл о ней. Я как раз работал, когда кто-то подошел ко мне и сказал, что мой агент просит меня к телефону. Я понятия не имел, зачем он звонит, но это должно было быть что-то важное, раз он позвонил на студию, зная, что отрывает меня от съемок. Я подошел к телефону.
- Что у вас там произошло?, -  спросил мой агент – он был явно взволнован, - ты что, поцапался с Джином Куном?
Секунду спустя я сообразил, о чем он, но мне показалось странным называть обычный деловой спор таким резким словом и я ответил: 
- Да, полагаю, что что-то вроде того. Я не мог играть одну сцену…
- Слушай, - перебил мой агент, - он хочет отстранить тебя.

Сначала я просто ушам своим не поверил, а когда поверил, то только усмехнулся. После дикого напряжения последних недель, прошедших в работе над сериалом, эта выходка Куна была мне даже на руку – я получал долгожданный отдых. И я ответил:
- Скажи ему – я могу уйти хоть сейчас, или доработать до конца дня.
- Я передам, - сказал мой агент и повесил трубку.

К счастью – или к несчастью, смотря с чьей точки зрения смотреть – меня не выгнали со студии. После звонка моему агенту, я почти сразу позвонил Джину Родденберри.
- Никто никого не отстранит, - устало произнес он, - если кого-то и надо будет отстранить, то это буду решать я.

Я не мог сдержать некоторого разочарования – улизнуть домой пораньше не удалось. Но Джин Кун действительно был классным специалистом и наши отношения нисколько не испортились после этого эпизода с отстранением.  Я уважал Джина за его прямолинейность и честность, и работал он всегда не за страх, а на совесть. Он был не из тех людей, которые могут порадовать глаз внешним блеском – он просто делал всё, от него зависящее и делал это хорошо.

Разумеется, рассказ о семье Стар Трек был бы неполным без упоминания о Великом Противостоянии Шатнера и Нимоя – на самом деле о нем уже частенько писали многие журналы и популярность Спока заметно падала, когда выходила очередная сплетническая статья или заголовок в журнале о том, что мы с Биллом ненавидим друг друга, ну и всё в таком духе. В конце концов подобная ситуация уже имела место ранее – в популярном сериале 60-х «Человек из U.N.C.L.E». Ведущим актером в этом сериале считался Роберт Вог – до того момента, когда популярность приглашенной звезды Дэвида Макколума среди прекрасной половины фанов начала расти, как на дрожжах. Это привело к возникновению напряжения на студии.

Случалось ли нам с Биллом конфликтовать на студии, во время съемок? Ну конечно, случалось. Мы же всё-таки люди (пусть часть моей психики и экспроприировал вулканец). Ненавидели ли мы друг друга? Нет. Соперничали? Да, это было. Мы были словно двое братьев, соревнующихся друг с другом и время от времени то я приходил к Джину (или Бобу Джастмену или Ди Келли) и жаловался на Билла, или Билл прибегал к ним же и жаловался на меня. Не раз и не два Джину приходилось выступать в роли отца семейства, улаживающего ссоры между своими неугомонными отпрысками. А иногда и его вмешательство не помогало.

К примеру, как-то раз отдел по связям с общественностью кинокомпании "Парамаунт" нанял фотографа для того, чтобы он заснял, как искусно Фредди Филипс превращает человека в вулканца. Я согласился на это, обговорил всё с продюсерами и был уверен, что всё в порядке, но, каюсь, я не предупредил об этом Билла. Но я не представлял даже, какие могут возникнуть у него возражения, он обычно гримировался сразу после меня. Короче говоря, я приехал на студию пораньше и начал гримироваться, а фотограф вышел на минуту, чтобы взять камеру. Ровно в семь в гримерную зашел Билл и сразу же вышел, а в семь десять мы вдруг заметили, что фотограф куда-то исчез. Мы подумали, что он пошел поснимать ещё что-то на студии, но всё оказалось проще – Билл пошел к помощнику режиссера и заявил: "Я не начну готовиться к съемке, пока это продолжается. Избавьтесь от этого парня". Так что фотографа, не долго думая, просто выпроводили из студии. Разозлился ли я? Конечно! Был ли Билл взвинчен перед съемками и поэтому так поступил? Вполне возможно. В конце концов Папа Родденберри пришел и пригладил наши перышки. Фотографа вернули и съемки продолжились без каких-либо инцидентов.

Основой для наших с Биллом конфликтов всегда было то, что Билл считал, будто Спок лучше и эффективнее Кирка решает встающие перед ним проблемы. Разумеется, основной задачей вулканца, как офицера по науке, является исследование первопричин событий и их экстраполяция – но Билла беспокоило то, что на фоне Спока Кирк, скажем так, не блесчет умом. Поэтому  многие реплики,  которые по логике должен был произнести Спок, отдали Кирку.

Вернусь к воспоминаниям Родденберри от 21-го февраля 1968года, в которых говорится следующее:
Это будет как в шекспировском "Быть или не быть", только говорить будет не один человек, а двое: 

КИРК: Быть…

СПОК: …или не быть…

МАККОЙ: Вот в чем вопрос…

КИРК: Я должен принять решение…

МАККОЙ: (сердито) Джим, под угрозой тысячи жизней!

СПОК:  (медленно приподнимает бровь…)

Поверьте мне, я знаю, что мир и гармония жизненно важны для сериала, но может быть, лучше так: 
(Спок входит на мостик и подходит к капитанскому креслу…)
 

СПОК: Капитан, похоже я нашел…

КИРК:  Ответ, мистер Спок?

СПОК: Да, капитан. Я убежден, что планета…

КИРК:  Заражена, мистер Спок?

СПОК: Совершенно верно, капитан, это довольно редкая инфекция, в своем роде уникальная и она способна…

КИРК:  Становиться невидимой для наших сенсоров, верно?

СПОК: Именно, капитан.

КИРК:  Я так и думал, мистер Спок. Отличная работа. Каково расстояние?

СПОК: Приблизительно 47.3 светового года, капитан.

КИРК: У нас есть шанс. Мистер Зулу, приготовьте фазеры.

Пожалуйста, Джин, я прошу тебя, позволь капитану Кирку быть великим, позволь ему быть лучшим капитаном во всем чертовом Звёздном флоте, лучшим боевым офицером, самым ценным во флоте, дай ему способность в одиночку одолевать в рукопашном бою по пять человек в два раза крупнее его, но самое главное – позволь ему быть ЛИДЕРОМ, что для меня означает – командовать людьми так, чтобы их гордость и чувство собственного достоинства не ущемлялись.

Родденберри старался смягчать наши стычки, но проблема оставалась и периодически вспыхивали ссоры. Это было очень тяжелое время для нас, время лихорадочной изнуряющей работы; и Билл, и я постоянно находились в состоянии крайнего напряжения – как я уже говорил, слава - это не та вещь, которую легко удержать и никто тебе в этом не поможет, чтобы ты мог передохнуть – поэтому усталость неизбежно накапливается в тебе. Но самое главное то, что наше глубокое, искреннее уважение друг к другу всегда перевешивало любую обиду. Между нами было множество недоразумений за эти годы, но мы всегда выясняли их и оставались хорошими друзьями. И, как я уже говорил (и как, несомненно, скажу ещё не раз) если бы не Кирк, с такой живостью и талантом созданный Шатнером, Спок тоже никогда не произвел бы такого великолепного эффекта. Только совместные действия нас обоих и Ди Келли и смогли создать эту магическую атмосферу Стар Трека, которая привлекает стольких людей по всему миру.

Одним из самых мудрых решений Джина Родденберри, думаю, было его обращение к Айзеку Азимову с просьбой помочь разрешить трения между мной и Шатнером, возникшие, когда популярность Спока начала расти. Азимов посоветовал ему сделать Кирка и Спока верными, неразлучными друзьями – чтобы зрители просто не могли себе представить одного без другого. Совет сработал – и, как мне кажется, не только для зрителей, но и для нас с Биллом, потому что с этих пор, без сомнения, мы гораздо больше начали ценить нашу дружбу.
Даже когда один из нас утаскивал и прятал велосипед другого.

Но вернусь к теме прикольных историй. Рассказывая о семье Стра Трек, не могу не упомянуть Терезу Виктор, которая долгое время была моей правой рукой – чрезвычайно лояльная, умная девушка, которая как-то раз помогла мне выиграть очередную схватку с руководством студии. В конце первого сезона я перезаключил контракт со студией, согласно которому мне полагался теперь собственный офис. Как раз тогда я нанял Терезу, которая и хозяйничала в двух крохотных комнатках с туалетом между ними. В каждой комнатке было окно, но не было вытяжной вентиляции, поэтому когда наступило лето, в комнатах стало невыносимо жарко. В один из таких дней после полудня температура в помещении поднялась настолько, что там просто невозможно было находиться.Тогда я попросил Морриса Чапника, ассистента Херба Солоу, установить у меня в офисе кондиционер. Моррис обещал разобраться с этим вопросом.

Шли дни, Тереза изнемогала от жары и я снова позвонил Моррису: 
- Так что там насчет кондиционера?
- Я просмотрел ваш контракт, - сказал он, - и не нашел там никаких упоминаний об установке какого-либо оборудования в офис, сверх положенного.
- Это верно, согласился я, - кондиционер не упомянут в контракте, но без него в офисе невозможно работать.
Он вздохнул:
- Ну, я попробую что-нибудь сделать.

Пару дней спустя на одно из окон установили крошечный вентилятор. Разумеется, это не дало никакого эффекта. Тереза мужественно боролась за выживание ещё несколько дней.

А между тем Лос-Анджелес наслаждался типичным для него жарким летом; в один из таких дней я зашел в офис узнать, как дела у Терезы и нашел её там, совершенно взмокшую от невероятной жары. Маленькая комнатка напоминала духовую печь. Тогда я сказал ей: 
- Тереза, ложитесь на пол. У вас тепловой удар.
- У меня?
- Да, у вас, - подтвердил я решительно, - на самом деле вы и так недалеки от этого".

Тереза была сообразительной девушкой – ухмыльнувшись, она легла на пол в наиболее естественной позе, а я позвонил в медпункт и сказал, что приехал в офис и обнаружил свою бедную секретаршу на полу в глубоком обмороке. Медсестра быстро прибыла и поставила на лоб Терезе холодный компресс, от которого она быстро пришла в себя (Тереза играла столь убедительно, что я был просто восхищен – театр потерял превосходную актрису!) Следующим номером, я, разумеется, позвонил Моррису Чапнику. И рассказал ему всю эту историю, которую чуть позже подтвердила медсестра.

Через два дня нам поставили кондиционер.

 

[Глава-1] [Глава 2] [Глава 3]  
[Глава 4] [Глава 5] [Глава 6] стр 1

                                                                                  

Домой | Мостик | Лаборатория | Библиотека | РЭК-1 | Связь | Форум
Всеобщее пространство | Транспортатор | Бортовой журнал | Инженерная палуба    

 


Спонсирование и хостинг проекта осуществляет компания "Зенон Н.С.П."